Промышленная газоносность средне-верхнеюрских отложений установлена на БШ в результате открытия крупнейших скоплений газа и газоконденсата в зоне Штокмановско-Лунинской мегаседловины (ШЛМС). Однако лишь в последнее время сделаны попытки выявить закономерности регионального размещения углеводородного потенциала в этих отложениях.

Выполненные в диссертации палеоструктурные и палеофациальные реконструкции дают возможность сделать еще один шаг в решении этой проблемы. Отправным моментом в оценке закономерностей пространственного распределения УВ послужили результаты поисково-разведочного бурения, проведенного на шельфе, которые свидетельствуют о пространственно-генетической приуроченности крупнейших скоплений газообразных УВ к ШЛМС (Штокмановское, Лудловское, Ледовое), Выявленные к настоящему времени залежи располагаются на южном склоне этой структуры, входящей в БКПП с различной, но в целом небольшой, удаленностью от его присводовой части. В то же время в целом ряде антиклинальных структур (Арктическая, Куренцовская и др.), расположенных на значительном удалении от БКПП, юрские коллекторы обводнены или характеризуются слабыми газопроявлениями. Сравнительный анализ палеореконструкций как юрского, так и более древних этапов эволюции седиментационных бассейнов, выполненный для различных областей БШ, показывает, что именно область ШЛМС обладает благоприятным сочетанием факторов формирования зоны газонакопления.

Одними из них, обусловившими формирование уникального углеводородного потенциала этой седловины, являются благоприятные генерационные и миграционные условия. В сопредельных с ШЛМС седиментационных бассейнах длительное время сохранялись условия, способствовавшие генерации УВ. Наиболее благоприятными они были в мощных, преимущественно глинистых, толщах триаса, накопившихся в рифтогенных бассейнах, таких как Южно - и Северо-Баренцевские впадины и Нордкапский прогиб, имевших повышенный тепловой режим Одним из факторов, способствовавших такому прогреву, могли быть многочисленные трапповые интрузии, которыми насыщена здесь толща триасовых отложений.

Триасовые отложения почти повсеместно находятся в зоне мезокатагенеза (градации МК2-МК5). Рассеянное органическое вещество (РОВ) триасовых отложений, вскрытых скважинами в южной части шельфа, представлено гумусовым и смешанным типами, что и обеспечивает их преимущественную газоносность.

Областями основного газосбора в крупных седиментационных бассейнах служили юрские отложения, причем наиболее благоприятные условия для формирования залежей, в том числе и гигантских, по своим запасам возникли также в зоне ШЛМС. Формирование песчаных коллекторов проходило под воздействием процессов активизации тектоники и седиментогенеза.

Как показывает совместный анализ палеорельефа и сейсмофаций, сводовые области палеоподнятий, входящих в БКПП в среднеюрское время и в начале поздней юры, были зонами размыва, а его склоны - областями транспортировки обломочного материала.

В течение юрского периода, чередуясь с процессом формирования коллекторов, здесь в периоды стабилизации тектоники, в условиях относительного седиментацио иного покоя, отлагались трансгрессивные глинистые слои, являющиеся для газоносных пластов флюидоупорами. Региональная покрышка сформировалась в конце юрского периода и представлена мощной толщей глины киммеридж-титонского возраста. Она служит региональным флюидоупором для самого продуктивного газоносного пласта Юо.

Таким образом, основные факторы, способствовавшие формированию зоны регионального газонакопления, контролировались соседством палеоподнятий, разделяющих их седловины и крупные седиментационные впадины. Контуры этой зоны показаны на рис.98. Определенными перспективами здесь могут обладать отложения, слагающие крупные седиментационные «фаны», структуру которых составляют клиноформы. Такие тела также включены в зону региональной газоносности среди е-верхнеюрских отложений (рис.98).

В структуре фундамента Баренцевского шельфа мы видим еще несколько подобного рода седловин, располагающихся в центральной части шельфа. Они несколько различаются по размерам и конфигурации, но неизменным объединяющим их признаком является соседство вокруг седловин двух пар разнознаковых тектонических элементов.

Кольская седловина (2) расположена между Кольско-Канинской моноклиналью на юге и сводом Федынского на севере. С запада и с востока ее окружают соответственно Нордкапский прогиб и Южно-Баренцевская впадина. Нордкапская седловина (3) находится севернее свода Федынского - между ним и Центрально-Баренцевским поднятием, а образующими ее также являются Нордкапский прогиб и Южно-Баренцевская впадина. Севернее в рельефе фундамента прогнозируются еще две седловины - Малыгинская (4) и Шпицбергенская (5). Однако степень надежности их выделения, удаленность от берега, проявленность в осадочном чехле, в том числе и юрской ее части, а,

Сопоставление этой структурно-тектонической ситуации по выявленным низам осадочного чехла со структурными элементами продуктивного юрского осадочного комплекса показывает устойчивую унаследованность основных структур, в том числе и седловин, в этой части Баренцевского шельфа. Изменения состоят лишь в выполаживании более молодых структурных элементов, а также в некотором, по-видимому, имеющем тенденцию, смещении осей положительных структур, последовательно увеличивающихся вверх по разрезу.

Как показывает палеофациальная реконструкция юрского периода, формирование коллекторов и покрышек на седловинах контролировалось соседствующими с ней палеоподнятиями. Богатство недр ШЛМС, этой небольшой структуры, находящейся в центре сочленения унаследовательно развивающихся двух крупных положительных и двух отрицательных элементов, а также наличие на БШ целого ряда генетически родственных структур, позволили ИС.Грамбергу выдвинуть идею о наличии здесь высокоперспективного для поисков нефти и газа особого тектонотипа - структурных мегаседловин.